Валерию Лагунову посвящается

08.06.2022

«Когда В. Лагунов исполнил роль Архонта в балете «Икар» – партии, поставленной на него В. Васильевым, то в театральном мире Москвы произошел «взрыв». С утонченной, идеальной пропорции фигурой, с колоссальным баллоном, наделенный «ледяной» индивидуальностью образа и античной графикой, Лагунов был создан для этой партии».
Михаил Лавровский

В 2006 г. Валерий Лагунов всколыхнул балетную общественность, выпустив книгу «Шипы и розы Большого балета». Тот случай, когда событие никого не оставило равнодушным. Одним из важнейших артистических и человеческих качеств Валерий Степанович всегда полагал предельную искренность. Книга отразила это убеждение в полной мере. Запредельный уровень ее бескомпромиссной откровенности был отмечен даже близким другом автора Михаилом Лавровским, написавшим предисловие.

«Шипы и розы» – прекрасное определение не только для карьеры нашего героя (тут он, конечно, совсем не одинок), но и для его творчества. У юноши были такие уникальные данные, что просто не могли не привлечь к себе пристального внимания. В 1963 г. Юрий Григорович создает свою редакцию «Спящей красавицы» и включает в каскад танцев героев сказок номер, поставленный специально для Лагунова (и его партнерши): танец Золушки и Принца Фортюне. И, кажется, ни один рецензент спектакля не удержался от похвалы в адрес Фортюне-Лагунова. В обиход стала входить ставшая со временем канонической характеристика его прыжка – полетный. Но если в дуэте с Золушкой этот юный принц был словно призрак розы, то в танце пастушков в «Щелкунчике» уже показал и свои «шипы». Этот виртуозный танец Французской куклы Григорович тоже ставил на Лагунова, и даже на фоне грандиозного успеха, что выпал на долю спектакля в целом, Пастушок не потерялся и произвел свой собственный фурор. Казалось бы, этот персонаж с его чисто французским изяществом мог бы стать неким «наброском» к образу главного героя – благородного Щелкунчика-принца. Однако Лагунов, помимо полетного прыжка, сумел наградить Пастушка и некоторой чуть колкой ироничностью, отчего французский фарфор добавил к своему глянцу немалое разнообразие красок.

Но настоящий триумф ожидал артиста в партии Архонта в балете «Икар», поставленном Владимиром Васильевым. Полетность прыжков и благородство манеры стали необходимыми выразительными средствами в создании образа безжалостного деспота, презирающего саму идею стремления человека к полету. И когда Валерий Лагунов наконец получил партию своей мечты – Графа Альберта в «Жизели», профессиональные зрители разошлись во мнениях: одни склонялись к тому, что перед ними романтик до мозга костей, другие прозревали под окутанной романтическим флером увлеченностью аристократа деревенской плясуньей тонкий расчет и ловко пущенный в ход дар обольстителя. Как бы там ни было, все были единодушны в том, что этот Граф – особенный, ни на кого не похожий.

Между тем, за пару лет до этого он великолепно станцевал и партию страшного Станционного мужика в «Анне Карениной» Майи Плисецкой. Был неподражаемым Злым гением («Лебединое озеро»). Великолепным Доном Хуаном в балете «Любовью за любовь» (хореография Веры Боккадоро). Музыку вариации этого героя автор балета, Тихон Хренников, сочинил специально для Валерия Лагунова, первого исполнителя партии.

По завершении карьеры танцовщика Валерий Степанович со всей присущей ему страстностью отдался педагогике, беззаветно и бескомпромиссно.