Антология русского романса. Сергей Рахманинов. Вечер II

24.01.2019

Камерно-вокальное творчество Сергея Рахманинова – одна из самых волнующих сфер для каждого, кому небезразличен бескрайний мир академической музыки. Самые первые романсы, написанные еще совсем юным композитором, отделены от последнего опуса – Шесть романсов op.38 – дистанцией в двадцать пять лет. За это время стиль вокальной лирики Рахманинова сильно изменился: усложнились и обогатились гармонический язык и фортепианная фактура, изменился и образно-эмоциональный строй, и выбор текстов. Ранние романсы создавались в период поиска молодым композитором собственных, оригинальных выразительных средств, и несмотря на то, что они, можно сказать, еще находятся в примерном «русле» сложившихся традиций русского романса XIX века, тем не менее все как один поражают воображение своим совершенством – невероятным и загадочным, учитывая, во-первых, возраст автора, а во-вторых, то, что написанные в это же время инструментальные сочинения все же несут на себе отпечаток упомянутых поисков и некой незрелости. Поздние же романсы op.38 – выход в совершенно иной мир, неведомый прежде и трагически не нашедший продолжения в дальнейшем творчестве Рахманинова. Концерт охватывает практически все периоды – от ранних романсов, еще не обозначенных номерами «опуса», до последних шедевров op.38.

Раннее вокальное творчество Рахманинова относится к 90-м годам XIX века и в целом развивается в рамках традиций, заложенных М. Глинкой и продолженных П. Чайковским, чье влияние на Рахманинова в тот период особенно заметно. Неслучайно для многих романсов Рахманинов и Чайковский выбирают схожие поэтические источники: так, оба они обращались к популярным и востребованным тогда стихам Н. Грекова, Д. Ратгауза, а также к шедеврам русской поэзии – А. Пушкину, А. Фету, А. К. Толстому. Один из романсов – «Апрель! Вешний праздничный день» - написан на французский текст поэта Эдуарда Пайерона и обычно исполняется в эквиритмическом русском переводе В. Тушновой, однако в этот раз слушатели смогут насладиться им в обоих вариантах – и во французском, и в русском.

Интересны также романсы, написанные на тексты в русском народном духе, – «Уж ты нива моя», «Дума» и «Полюбила я на печаль свою». Удивительные, неожиданные повороты мелодии и свободные, асимметричные ритмы, соответствующие природе как народного, так и церковного пения, полностью соответствуют фольклорной «стихии» текста.

Дополнит романсы, созданные в первом десятилетии XX века, фрагмент из оперы Рахманинова «Скупой рыцарь» (1906) по одной из «Маленьких трагедий» Пушкина. При жизни композитора ее сценическая судьба была печальна: отсутствие эффектных женских партий и нетипичное для оперы сквозное развитие, при котором действие не делилось на привычные для слушателя законченные арии, ансамбли, речитативы и другие номера, не дали ей занять достойное место в театральном репертуаре. Монолог Барона из второй картины является драматургическим и философским центром всей оперы: речитативные фрагменты свободно перемежаются с ариозными, передавая размышления Скупого рыцаря.

Из романсов зрелого периода – op.21 и op.26 (их ближайшие «соседи» –Виолончельная соната и Второй фортепианный концерт) выделяются драматические «поэмы» на пронзительные тексты И. Бунина – «Я опять одинок» и «Ночь печальна». Интересно, что по поводу интерпретации последнего романса Рахманинов писал: «Собственно не ему (Собинову) нужно петь, а аккомпаниатору на рояле». Действительно, фортепианная партия здесь приобретает такую самостоятельность, что порой практически перерастает в самодостаточную сольную пьесу. К этим же двум циклам относятся прекрасные лирические миниатюры – «Сирень» на стихи Е. Бекетовой, «У моего окна» и «Здесь хорошо» на стихи Г. Галиной – в которых музыка Рахманинова придает часто незамысловатым текстам многозначность и наделяет их дополнительными оттенками чувства и смысла. Они почти по-символистски передают мистически тонкое соединение души человека с прозрачной, ускользающей природой, которая, казалось бы, существует лишь для того, чтобы стать отражением того, что происходит в душе.

Исполнение шести романсов op.38 (1915 г.) – всегда событие: настолько их художественный мир многогранен и неоднозначен, а форма воплощения сложна и необычна. Стихи, выбранные Рахманиновым, отличаются от тех, что были «естественны» для него прежде: это уже не «созвездие» поэтов-романтиков – Тютчева, Фета, А. Толстого, это поэты, которые в момент создания цикла считались модернистами, – Александр Блок, Андрей Белый, Игорь Северянин, Валерий Брюсов. Музыкальный язык Рахманинова превращается в настоящую «звукопись», словно открывая дверь в новый мир. Полная таинственных метафор миниатюра на стихи в духе восточной фольклорной поэзии «Ночью в саду у меня» сменяется мистическим призывом к неизвестной далекой возлюбленной («К ней» на стихи А. Белого). «Крысолов» на текст В. Брюсова – «злое», потустороннее скерцо, отражение жуткой средневековой легенды о гаммельнском крысолове, который, обманутый магистратом города Гаммельна, не выплатившим ему вознаграждение за избавление города от крыс, околдовал и увел за собой всех городских детей. Четвертый романс – один из самых известных, «Маргаритки» на стихи И. Северянина, – стал особенно популярным благодаря обработке для скрипки, осуществленной Ф. Крейслером (впоследствии и сам Рахманинов осуществил его авторское переложение для фортепиано соло). «Сон» на стихи Федора Сологуба увлекает в объятия волшебной дремоты, открывающей далекий и необъятный мир. Завершает цикл «Ау!» на стихи Константина Бальмонта – еще одно обращение к далекой неземной возлюбленной, завершающееся развернутой фортепианной кодой, потрясающей своей гармонической смелостью, граничащей с трансцендентальным прозрением.

В концерте примут участие солисты Молодежной оперной программы Большого театра Тамуна Гочашвили (сопрано), Эльмира Караханова (сопрано), Мария Мотолыгина (сопрано), Елизавета Нарсия (сопрано), Мария Баракова (меццо-сопрано), Виктория Каркачева (меццо-сопрано), Юлия Шаварина (контральто), Давид Посулихин (тенор), Тарас Присяжнюк (тенор), Андрей Скляренко (тенор), Гиорги Стуруа (тенор), Рауф Тимергазин (баритон), Дмитрий Чеблыков (баритон), Гиорги Челидзе (бас) и солист оперной труппы Владимир Комович (бас).
Партию фортепиано исполнят Любовь Орфенова, Валерия Прокофьева, Елизавета Дмитриева, Александр Широков.

Наталия Абрютина